Дон в годы революции и Гражданской войны. 1917 – 1920. Том 1: март 1917 – май 1918

onarch.ru онскиеархивы.рф онские Архивы Раздел первый. Документы, письма, дневники 217 Это та самая интеллигенция, что еще при Александре ������������������������������� I����������� добывала русскому народу сво- боду. Вы, конечно, помните декабристов. Да и после того интеллигенция немало сложила голов за свободу. Но народ остался рабом. Алексей Максимович усмирял ростовский бунт. Кого усмирял. Это был сброд. Их усми- ряли дети да несколько казачьих частей. Ростов был усмирен почти бескровно. Крови мог- ло бы и совсем не пролиться, если бы у нас были хотя бы два полка, верных своему долгу. После усмирения Ростова, сказка стала еще страшнее. Окончив дело с Ростовом, Алексей Максимович сказал: «Большевикам не верить». Тяжелую драму переживал Алексей Максимович. Переживали ее и мы. На Круге все сложил и свои полномочия. Нас вновь избрали. Но дело было не в переизбрании. Алексей Мак симович хотел категорически отказаться от атаманства. Но он верил, что еще поймут ка заки, куда их ведут большевики, верил, что они поймут своего атамана. Но он ошибся. Все было сказано. Глубокая тоска заглянула в душу Алексея Максимовича. Силы не стало. Нужен был один полк, его не было. «Что же, будем прятаться», – говорил Алексей Максимович. Когда казаки стали отказываться от исполнения приказов, стало ясно, что надеяться не на кого. Алексей Максимович стал было формировать новую армию. Но было уже поздно. Казаки стали расходиться, а оружие продавать. Казачья песенка спета. Так казалось нам. Но вместе с тем мы думали: «А может быть, в станицах остались защитники Дона». Так и в Воронеже думали. Думали, что казачья песня спета, но остерегались. Надежды возлагали на другие средства. Печатный станок еще работает, бумаги для денежных знаков тоже еще много. И пропагандой заниматься можно. Можно и подкупом действовать. Газе- тами и листками засыпают Дон, словами разными улещают. О «трудовом казачестве» за- говорили, а казак и растаял. Много клиньев забивали между Войсковым правительством и казачеством. Забивали их и некоторые члены Войскового круга. Сказываются и те кликушки, которые забивал Ни- колай Павлович (Лапин). Он тоже шел и говорил за «трудовое казачество» и добра казаче- ству хотел. Поздно лишь понял он, что не по той дороге шел. Перед смертью сам хватался за голову, да было уже поздно. Не туда пошел. А ему верили, за ним шли. От рук «трудово- го казачества» и погиб. Я глубоко уважал Николая Павловича, несмотря на то, что мы были с ним политическими противниками. Он погиб. Погиб интеллигентный человек. Дойдет дело и до «нетрудовых». В округах, может быть, можно что сделать. Едва ли. И 2-й Донской, и Усть-Медведицкий, и Хоперский округа в руках большеви- ков. Кто работал, кто вел их сюда. Красная гвардия? – Нет, казаки, фронтовые казаки. Кто видел Алексея Максимовича в последние дни, тот поймет, почему он был сумрачен. Он видел, что борьба с большевизмом бесцельна. Сумрачен был атаман потому, что ниотку- да поддержки не видел. Вокруг имени нашего покойного атамана распускались самые неле- пые, самые фантастические слухи. Враги казачества говорили, что у него 30 тысяч десятин земли 291 . Говорили, что и у меня имеется ни много, ни мало, как 6 тысяч десятин. Досужие люди даже у Павла Михайловича Агеева, у этого казака прямо от земли, нашли земельку. 291 4 августа 1918 г. вдова А. М. Каледина М.-Л. П. Каледина обратилась в Донской окружной суд с просьбой утвердить ее в правах наследства участка земли в Хоперском округе при р. Бузулуке. А. М. Каледину принадлежало 90 десятин зем- ли, никакого другого недвижимого имущества за ним не числилось. Чумакова З. А. Духовное завещание Каледина // Донской временник на 2006 год. Ростов н/Д., 2006. С.