Дон в годы революции и Гражданской войны. 1917 – 1920. Том 1: март 1917 – май 1918

onarch.ru онскиеархивы.рф онские Архивы Раздел второй. Воспоминания 309 Фронтовики бросились к нему: «Убьем такого гада, он жаждет еще крови». Есаул на- гнул голову. Председатель Беляков подошел к нему, ударил кулаком по носу и сказал: – Твоя рожа объелась рабоче-крестьянской крови. Есаул побледнел, стал просить слово: «Господа станичники! Я виновен. Дайте мне ска- зать свою предсме тную речь. Я знаю, что вы меня убьете, господа. Я сформировал 10 от- рядов, мой путь от города Новочеркасска до станицы Ремонтной, еще три отряда предсто- ит сформировать. Это завещание я исполняю покойного атамана Каледина. Мы дали клят- ву довести его заветы до конца. Господа фронтовики, вы не обращайте внимания на ста- риков, я хочу, чтобы вы как коренные граждане жители Дона, вы обязаны быть на стороне белых. Я познакомился с вашим хутором, как он живет экономически, вам только и быть на сто роне белых. Это неопровержимо правильно». Вдруг крикнул Беляков Осип М.: «Чего разговаривать, убить такую сволочь». – Господа! Я все же прошу, будьте верны и подчинены нашему Новочеркасскому пра- вительству. Хотя я сейчас нахожусь у вас в плену, но хочу доказать, что вы понесете боль- шую ошибку, если будете на стороне красных. Ведь Германия не так культурная страна, да нет революции. А Россия – отсталая страна, разве можно совершить революцию с лапотни- ками? Ленин послал Троцкого в Брест-Литовск на перемирие. Троцкий отдал все фабрики, заводы, железные дороги. И вот Ленин [с] Троцким Россию продадут, да за границу сбегут. А вы, бескультурные люди, останетесь несчастными. Нам предоставляется право, как об- разованным людям, управлять Россией. Темная масса управлять не сможет. Тут грубым голосом заговорил Сергиенко О.: «А если мы управлять не сможем, так уме- ем расправиться сегодня с тобой, мы тебя сегодня убьем, а завтра в д угих хуторах пойма- ют и убьют, а вас уже немного». Председатель Беляков: «Да что же мы будем делать с этим белым зверем?» – Да с такой сволочью поступать нужно так, – крикнул кто-то из толпы, – раздеть его наголо и пустить, пущай по морозу голый организует отряды. Большинство […] согласилось отправить в Зимовниковский волисполком. Есаул был при- нят предволисполкома Савиным, который снял допрос. Но Савин направил Хомского в Ца- рицын, [в] военный штаб. По пути в Царицын есаул с поезда сбежал вблизи станции Гашун. Разнеслась молва: «Хомский сбежал. Есаула не убили». Гр[ажда]не хутора Н[ижне-]Се- бряков волновались. Часто приходили в совет на совещания: что делать? Уже надвигают- ся белые отряды на Маныч . В Платовской убили несколько крестьян. Что делать? Нет ору- жия, неужели придется погибнуть от кадетской руки, от руки палача Хомского? С каждым днем приходят фронтовики домой, а оружия мало. Ставится вопрос об орга- низации на Дону и на Маныче белых отрядов. Совещание фронтовиков решило поручить Белякову собрать немедленно общее собрание. На второй день было собрано. Сговорились немедленно командировать в Ростов уполномоченных просить оружие, иначе спасения нам нет. А взади стоят два хуторских богатых жителя и просят слова. Председатель говорит: «Нам не надо посылать из бедных, нужно посылать почетных […]. В Ростове бедных не уважают». Крик: «Да это мы посмотрим, мы можем послать только таких людей, как Арчаков да Архипович только, кроме никто больше не достоин оружия». Было решено послать Архиповича и Арчакова. Уполномоченные выехали в Ростов с по- становлениями общего собрания. В Ростове Архипович спрашивает: – Куда же нам обращаться? – Да я надеялся на тебя, – говорит Арчаков.