Дон в годы революции и Гражданской войны. 1917 – 1920. Том 1: март 1917 – май 1918

onarch.ru онскиеархивы.рф онские Архивы Дон в годы революции и Гражданской войны 1917 – 1920. Том I. Март 1917 – май 1918 320 выпустил несколько снарядов. Отзыва не было. Тогда Чернов скомандовал: «Орудия на пе- редки», – поехали на близкое расстояние. Тогда Чернов приказал подойти ближе к хутору и с пулеметов обстрелять хутор, и сообщить, есть ли в хуторе вооруженная сила. Сообщи- ли, что нет никого: в домах и двери на раствор. Тогда возвратились домой. По приезду домой начальник арт[иллерии] Чернов получил приказ от начальника эшелона, чтобы в 4 часа утра выступили развернутым фронтом и по- имели связь с Крючковым, который вышел с пулеметным отрядом, и чтобы поимели связь с Садками, то Бибиков сделал распоряжение: послать с донесением в Садки, чтобы и они тоже выступили в 4 часа и поимели бы связь с нами. То они нам ответили, чтобы мы вы- ступали, их не дожидали, потому что они и к 4 часам утра должны получить подкрепле- ние: 1000 человек пехоты и 600 – кавалерии, и догоним вас, и поимеем связь. Но Чернов в 2 часа утра получил бумажку от начальника эшелона, отошел в сторону, прочитал и никому ничего не сказал. Впоследствии мы узнали, что ему писал начальник эшелона, чтобы он непременно успел в 3 ча[са] вечера на Бугораевский разъезд для погрузки. Тут мы заметили, что-то не так, что объяснил – будем выступать в 7 часов дня. К вы- ступлению должны приготовиться одни молодые люди. В 5 час[ов] утра прибыли мичит- новцы для заключения мирного договора. Начальник артиллерии сделал договор, чтобы не притесняли крестьян, чтобы жили мирно, что мы сюда пришли, крестьяне нас не звали, мы сами пришли узнать, по какому поводу вы разбирали железную дорогу, если мы вернемся назад, а вы будете притеснять крестьян, помните, что камня на камне не оставим. Казаки дали от [се]бя подписку, что будем жить мирно и дружно. Когда выступили в 8 часов утра и дошли до Мичитной, то Чернов собрал сход казаков и опять делал строгую нотацию, чтобы не притесняли крестьян. Когда прибыли к Бугора- евскому разъезду, тогда Чернов объявил нашим солдатам, что они могут воротиться домой, и сказал, что жалкое положение – оставлять вас в таком положении, но ничего не подела- ешь: «Теперь, товарищи, спасайтесь своими силами. Если хотите, то берите орудия и пуле- меты для личной защиты». Это слово поразило наших солдат, как великий громовой удар. Хотя у нас достаточное количество винтовок и патронов, но живых сил несравнительно мало. Обсоветовали между собою и решили: орудия – отказать, а пулеметы взять, так как для орудий не было запасов снарядов. Когда вернулись солдаты домой, то на другой день получили донесение сложить ору- жие . А в 4 часа вечера получили известие, что грушевцы идут с двумя орудиями и пуле- метами, чтобы разбить наш хутор. Тут и сделалась большая паника. Зачали запрягать ло- шадей и укладывать, что нужно, а у кого не было запрягать, те брали детей за руки и бе- жали в леса и горы для скрытия от неминуемой смерти. Проливали слезы матери и безвин- ные дети и девицы при виде гибельного положения. Когда все уехали из хутора, то утих- ло, и сделалась мертвая тишина: никто нигде не стукнет, никакого шороху нет, представ- лялиз себя хутор – мертвая могила. Кой-какие пожилые крестьяне выпроводили семейства, а сами остались дома для дозна- ния, в какое время оцепят наш хутор, и в случае – оцепят хутор, то кто успеет – пробраться балками и скрыться, а кто не успеет, то все равно помирать. Оставшиеся дома пособирались кучками в скрытном месте и очень прислушивались и к каждому шороху. Я, Землянский, сидел около своего двора, поздно пришли ко мне поодиночке три крестьянина: Шапошни- ков, Гончаров и Тихон Гончаров. Немного посидели. Тихон Гончаров говорит: «Пойдемте ко мне, у меня есть табачок, будем курить и сторожить». Мы охотно согласились. Проси- дели всю ночь, но ничего не было: должно, неверные были сведения. Когда развиднелось, то мы все собрались и пошли посмотреть в совет, в каком он по- ложении. Когда пришли в совет, то там была поразительная картина. В двух углах была за- валена винтовками, посереди совета стояло два пулемета, во втором отделении – два ору- дийных ящика, было насыпано патронов беспорядка; к одной стороне неначатых ящиков с патронами – около 30; 6 пулеметных лент, несколько бомб. Мы обсоветовались: что это