Дон в годы революции и Гражданской войны. 1917 – 1920. Том 2: май 1918 – март 1920

Раздел первый. Документы, письма, дневники 195 20 февраля (5 марта). 10 часов утра. Масленица промелькнула в этом мусуль- манском городе незаметно, все-таки блины ел. Теперь Великий пост, что-то смут- ное, милое, далекое связано с Великим постом. Разметано, разрушено все кругом. За темными делами и душу забывает. Хоть бы мне Господь помог добраться домой, поговеть с тобой, выплакать в церкви все свои горести и обиды около тебя, набрать- ся сил и опять за дело, на унижение, на борьбу, быть может и на страдания, но и на успех. Скоро-скоро уеду. 3 часа дня. Еду завтра утром. Узнал, что Деникин переехал в Ростов со штабом. Ну и ты, моя радость, наверное, в тревоге и беспокойстве. Теперь вопрос, [как] до- браться м не до тебя. Ну проскочу. Здесь все повернулись кругом. Нет надежды что- нибуд ь сделать, остается ехать, ехать. Измучился и в мыслях только одно – ты, ты и наш а армия. Готов на фронт пойти, кажется, простым солдатом, но только не быть в таком унизительном положении и ужасе нравственной пытки как здесь. Вся грудь изболелась, сердце изныло, бессилие полное. А еще сколько мытарств предстоит и здесь, и в [Порт-]Петровске среди горцев. Ну лишь бы здесь не с англичанами быть. Здесь их влияние – ну, и ничего не поделаешь.. <…> [4 (17) марта]. <…> Ты понимаешь, Марочка моя, что если надо ехать в Ас- хабад, то придется ехать, как бы не было заманчиво мне и безумно дорого вернуть- ся к тебе – правда. Скрепя сердце, поеду, но что же делать? Ты ведь, я знаю, не упре- кнешь меня никогда за это и знаешь, что я долг свой должен исполнить. Мне так лег- ко всегда бывает в таких случаях, потому что я знаю, что ты смотришь, мой милый. Переношусь к тебе и чувствую, как вы все тревожитесь за Дон и дела там. Сколько разговоров, предположений, страхов самых серьезных с вопросом – как быть, если все рухнет, и большевизм захлестнет Кубань, Дон, куда деться? Чувствую это, пони- маю и волнуюсь за всех наших и за тебя, мое счастье, и за наше счастье. Но не хочу и думать, что будет так трагично, лишь бы, конечно, Дон не подвел окончательно. И в случае чего – куда нам деться? Куда тебе деться? По-моему ты будешь покойна и обеспечена в Батуме, как я тебе писал. И в случае, не дай Бог, чего-нибудь ужасно- го в Батуме будет хорошо тебе. Уж я об этом позабочусь. Дрожу просто за своих в Елисаветграде… Советские войска там все захватыва- ют. У жены отберут деньги, вырученные за Рощу 82 . На что существовать? Лишь бы живы были. Протянуть [бы] до весны, а там все легче будет, как-нибудь справим- ся. Отстоять бы Дон теперь от этого теперешнего удара большевиков. Если отстоят наши, то пойдет на улучшение, наверное, и даже, по-моему, здесь в Донецком бас- сейне и на Дону теперь разрешается вопрос Совдепов вообще. Украина у Совдепов не удержится, так как население, от которого выжмут и возьмут все, очнется, как оно уже очнулось в России. И тогда будет легче идти на север. В Донецком бассейне и на Дону теперь решается судьба наша – быть нам или не быть. Если вопрос даже затя- нется, то значит, нам быть, а если мы будем разбиты, значит не быть. Может быть, я и ошибаюсь. Издали судить трудно, но чуется, что там решаются теперь большие 82 И.Г. Эрдели унаследовал от отца 594 десятины при деревне Краснополь Эрделевской волости Елисавет- градского уезда Херсонской губернии. Имение называлось хутор Роща. На 1911 год оно составляло 408 де- сятин. – Науч. ред. онскиеархивы.рф онские Архивы onarch.ru