Дон в годы революции и Гражданской войны. 1917 – 1920. Том 2: май 1918 – март 1920

Дон в годы революции и Гражданской войны 1917 – 1920. Том II. Май 1918 – март 1920 398 в отставку и ростовский градоначальник полковник Митр[офан] Греков. Новый дон- ской атаман ген[ерал] Богаевский назначил на пост градоначальника в Ростов вновь ге[ерала] Павла Тимоф[еевича] Семенова. Вновь создалось «двоевластие», при этом распоряжения этих властей не только не были согласованы, но заметно было явное нежелание совместной работы, что осо- бенно резко проявилось в заботах о сыпно-тифозных, привозимых с фронта. К этому делу были причастны со стороны Добрармии: 1) представители главного санитарного инспектора (т[айного] с[оветника] д[окто]ра Вейсона) профессор д[окто]р Успенский (сначала) и ст[атский] сов[етник] д[окто]р Войцехович, 2) уполномоченный по сани- тарной ча сти генер[ал] Залесский; от донского правительства: 1) санитарный инспек- тор д[ ействительный] ст[атский] сов[етник] Коклюгин, 2) уполномоченный Большо- го В ойскового круга – я, 3) начальник Эвакуационного пункта ст[атский] сов[етник] Моноцков, 4) Доно-Кубанский комитет (в лице д[окто]ра Образцова, В. Ф. Зеелера, В. Х Генне и А. А. Асмолова), 5) начальник гарнизона – ген[ерал] Тарасенков. С 7 января [19]19 г. стали прибывать в Ростов поезда с сыпно-тифозными с фронта, преимущественно «добровольцы»; все койки в лазаретах в течение трех дней были заняты привезенными больными, подвоз же больных не прекращался, и в несколько дней Ростовский железнодорожный узел был забит эшелонами с сыпно-тифозными, которые старались покинуть холодные «теплушки» и устроиться в пассажирских за- лах вокзала, которые и оказались битком набитыми больными. Чтобы освободить вокзал от больных и выгрузить оставшихся в «теплушках» был назначен Большим Войсковым Кругом Леонид Ив[анович] Панченко, получивший звание «уполномо- ченного Бол[ьшого] В[ойскового] Круга по санитарной части». Ему было предостав- лено право реквизировать как дома и различные помещения, так и всякий товар в ма- газинах. Л. И. Панченко проявил большую деятельность: реквизировал массу поме- щений, куда стали привозить с вокзала больных, лично руководил выгрузкой боль- ных, − но дело не улучшалось, т[ак] к[ак] ежедневный подвоз больных не прекращал- ся! На третий день он заразился тифом и через неделю скончался. На другой день после его смерти я по телефону получил предложение занять это место. Предложение это было мне передано Владимиром Феофиловичем Зеелером, при этом он добавил: «В Ваше распоряжение будет предоставлен автомобиль и 100 рублей суточных как вознаграждение». Я согласился на это предложение и в этот же вечер созвал на совещание членов Доно-Кубанского комитета, начальника эва- куационного пункта и начальников команд выздоравливающих. На этом совещании я высказался определенно отрицательно к практикуемому способу «разгрузки вок- зала от сыпно-тифозных», который заключался в следующем: со станции сообща- ли начальнику эвакуац[ионного] пункта о прибытии поезда с N количеством боль- ных. Тогда он отправлялся на реквизицию помещений, в которые и начинали сво- зить больных. После этого Доно-Кубанский комитет привозил солому для больных и наряжал врачебно-санитарный персонал (который зачастую приходилось ожидать больным несколько дней!); помещения, реквизированные д[окто]ром Маноцковым, в большинстве случаев были без водопровода, отопления и отхожих мест. Я ска- онскиеархивы.рф онск е Архивы onarch.ru