Дон в годы революции и Гражданской войны. 1917 – 1920. Том 2: май 1918 – март 1920

Дон в годы революции и Гражданской войны 1917 – 1920. Том II. Май 1918 – март 1920 400 зовать для размещения больных. Распределивши в них до 8 тысяч человек, много поможем в деле очистки вокзала!» Относительно реквизиции помещений все члены совещания согласились со мной. Но с размещением больных (в угоду д[окто]ру Образцову) решили так: перевести охранный отряд Кавказской армии в каменные бараки, а на место его, в казармы Та- ганрогского полка, поместить больных с вокзала. Но и это решение совещания не удалось провести в жизнь; генерал Юзефович, узнавши о нем, вызвал меня по теле- фону и заявил следующее: «Только что узнал, что сегодняшнее совещание решило перевести наш охранный отряд из казарм Таганрогского полка; категорически за- являю, ч то я на это не согласен, т[ак] к[ак] вывести из города единственную нашу охран ную часть ни в каком случае не дам разрешения!» На этомже совещании после отказа в реквизиции помещений, намеченных д[окто]- ром Моноцковым, этот последний сделал следующий доклад: «На станции третьи сутки стоит поезд с сыпно-тифозными, который нельзя разгрузить за отсутствием помещений! Как прикажете поступить?» Все были ошеломлены этим заявлением, и воцарилось гробовое молчание; д[окто]р Моноцков, видимо, ожидал перерешения во- проса о реквизиции. К счастью, я вспомнил, что в бывшем лазарете 134-м, вмещав- шем в себя до 800 больных, в данное время была размещена казачья нестроевая ко- манда численностью около ста человек, я предложил перевести эту команду в крас- ные (каменные) бараки, а 134-й лазарет предоставить для сыпно-тифозных. Все с ра- достью приняли это предложение. Вывести казаков было поручено и[сполняющему] д[олжность] начальника гарнизона ген[ералу] Попову, а разметить сыпно-тифозных – д[окто]ру Моноцкову. В течение шести дней я «напоминал» ген[ералу] Попову о необходимости спеш- ного выполнения этого распоряжения, которое было исполнено лишь на шестой день! Но этим дело не окончилось: когда я сообщил д[окто]ру Моноцкову об освобожде- нии казаками помещения, то он мне заявил, что «в моем распоряжении нет «баб» для мытья полов!» Когда я прислал «баб», то не оказалось тряпок! До заседания под председательством д[окто]ра Коклюгина было еще два сове- щания по вопросу о сыпно-тифозных: одно, созванное генераломЮзефовичем, дру- гое – генералом Деевым. На первом (многолюдном) совещании генерал Юзефович тщетно добивался узнать, кто является руководителем в приеме сыпно-тифозных на вокзале и распределении их по лазаретам, т[ак] к[ак] из докладов докторов Моноц- кого и Образцова ясно было отсутствие единой объединяющей власти, вместо кото- рой склонялось во всех падежах «Совещание при Доно-Кубанском комитете». После докладов этих генерал Юзефович обратился ко мне и сказал: «Прошу Вас взять на себя труд вывести из хаотического состояния санитарное дело! Вы – уполномочен- ный Большого Круга, следовательно – власть имущий! Вам и книги в руки!» На самом же деле, я, как уполномоченный, никакой власти не имел, а являлся контролером («глаза и уши», по словам д[окто]ра Коклюгина), доносящим о всех не- исправностях в Новочеркасск! Об этом я узнал лишь в апреле месяце (на совещании онскиеархивы.рф онские Архивы onarch.ru