Летопись Победы и хроника чувств. Письма дончан с фронтов Великой Отечественной войны

Летопись Победы и хроника чувств. Письма дончан с фронтов Великой Отечественной войны 90 До свидания, дорогой товарищ Николаенко! Горячий привет бойцам, командирам и политработникам вашей части и пожелания от всего серд- ца беспощадно побить врага, уничтожить до единого и быстрей освободить наших товарищей, вре- менно попавших под иго гитлеровцев. Я со своей стороны обещаю приложить все силы к тому, чтобы полностью обеспечить потребности Кр[асной] армии в продовольствии и обмундировании. Боеприпасов мы не производим, но постара- емся обеспечить продовольствием тех тов[арищей], которые производят боеприпасы, чтоб промыш- ленность работала бесперебойно. Письмо шли на райком партии. Мне передадут. ЦДНИРО. Ф. Р-3. Оп. 2. Д. 11. Л. 54–54об., 55–55об. Подлинник. Рукописный текст . № 6 Письмо Швидченко Леонида знакомой девушке Любе 15 февраля 1942 г. Добрый день, Люба! Не знаю, как начать это письмо. Тяжело мне, и мысли путаются, а сердце моё в скорби и гневе. Ты, конечно, можешь осудить мои слова. Коммунисту-де, мол, нужно стойко всё переживать. Это верно, но мы, коммунисты, тоже ведь лю- ди-человеки, а посему и переживаем мы всё так же, как и другие. Начну всё сначала. Служил я, как тебе известно, на западе. Всё было хорошо. Но летом 1940 г. умер- ла дочка. Жалко, очень жалко было, но что поделаешь. Погрустил – стало забываться. Из дому письма получал. Ждал осени 1941 г., чтобы снова быть с женой и родными. Но вот июнь 1941 года. Бешеный пёс Гитлер бросил свои орды на нашу границу. Нам пришлось отступать – почему, тебе известно из речи т. Сталина. Отступать пришлось долго и далеко. На нашем родном Южном фронте было то же. Из сообще- ний по радио узнал, что наш родной Ростов занят немцами в конце ноября. А у меня ведь там мать, сестра, жена, родные и друзья. Я знаю, на что способны гитлеровские собаки, и поэтому дни пребы- вания их в Ростове были для меня днями тяжелейших испытаний. Но вот радостная весть – Ростов снова советский. Но к радости примешана горечь – родной город разбит, сожжён, а многие жители убиты. Это из газетных сведений. От своих же родных и жены никаких сведений не имею, несмотря на то, что им я писал очень часто. Дни тяжёлых ожиданий… Наконец, удар! Получаю письмо: жена убита фашистским зверьём, а родные пережили ужасы, каких никогда не переживала старуха-мать за свою жизнь. Вот скорбь о погибших, вот гнев и ненависть к фашистскому зверью – проклятие на их головы! Но проклятием мы не ограничиваемся. Звери получают по заслугам и получат ещё. И пусть не оби- жаются звери, если мы возьмём больше их звериной крови, больше, чем они взяли у наших родных. Это за разрушенные города и сёла, за плач детей. Надеюсь, Люба, что всё же мы встретимся в нашем родном Ростове, приведём его снова в прежний вид и ещё будем жить мирной счастливой жизнью. И только детям и внукам своим будем рассказы- вать, что жил-был когда-то чудовище –фашист Гитлер, да нет его и не будет никогда. Его уничтожили чудо-богатыри – воины Красной армии. Привет всем знакомым. С приветом. Пиши. Лёня P.S. Твоё письмо я получил. Моя мать и сестра живут в Ростове. Кировский, 47, кв. 21. ЦДНИРО. Ф. Р-3. Оп. 2. Д. 9. Л. 2–2об., 3–3об. Подлинник. Рукописный текст.